Я помню! Я горжусь!

календарь

Поздравляем с днем рождения!

  • 1 Июля
    А.П. Белоглазов
  • 1 Июля
    А.Т. Зарицкая
  • 1 Июля
    Ю.В. Мищенко
  • 3 Июля
    И.В. Бобрик
  • 3 Июля
    С.Я. Таслицкий
  • 4 Июля
    Л.В. Левина
  • 5 Июля
    Р.И. Хусаинова
  • 5 Июля
    И.А. Шестакова
  • 6 Июля
    Л.В. Ваганова
  • 6 Июля
    М.И. Гуревич
  • 6 Июля
    Д.Б. Касперов
  • 6 Июля
    Г.А. Храмов
  • 9 Июля
    Г.И.Михайлова
  • 10 Июля
    В.Н.Мурахин
  • 12 Июля
    Е.Ю.Cеменова
  • 12 Июля
    А.Ф.Стрекалев
  • 12 Июля
    М.А.Теленков
  • 13 Июля
    В.А.Гинц
  • 13 Июля
    З.Д.Горина
  • 13 Июля
    Д.С.Марченко
  • 14 Июля
    И.С.Ахметова
  • 14 Июля
    В.С.Грабовский
  • 14 Июля
    Е.В.Черепанов
  • 15 Июля
    А.А.Василишина
  • 15 Июля
    М.Г.Гареев
  • 15 Июля
    И.И.Кугаевский
  • 17 Июля
    Н.В.Попов
  • 17 Июля
    А.С.Синицын
  • 19 Июля
    Б.И.Коваленко
  • 19 Июля
    Т.И.Рыжикова
  • 19 Июля
    Л.Я.Симановский
  • 20 Июля
    В.Л.Одинцев
  • 21 Июля
    С.С.Бушманов
  • 21 Июля
    Е.П.Коровин
  • 23 Июля
    В.Н.Баранов
  • 23 Июля
    К.Ю.Смоленцев
  • 24 Июля
    В.К.Горишный
  • 24 Июля
    Л.Н.Лутошкин
  • 25 Июля
    В.А.Буланов
  • 25 Июля
    Н.С.Косминская
  • 25 Июля
    В.Д.Малюгин
  • 25 Июля
    А.В.Чурилов
  • 25 Июля
    Ю.С.Юй-Де-Мин
  • 26 Июля
    А.П.Аверьянов
  • 26 Июля
    А.А.Дремов
  • 26 Июля
    В.В.Харьков
  • 27 Июля
    В.И.Прожирко
  • 27 Июля
    В.А.Чурилов
  • 28 Июля
    Б.П.Волков
  • 28 Июля
    Г.С.Гаркавенко
  • 28 Июля
    Е.П.Глебова
  • 28 Июля
    С.А.Летовальцев
  • 30 Июля
    Л.И.Барышникова
  • 30 Июля
    Г.Е.Раков
  • 31 Июля
    С.В.Макарьин
Все именинники

Праздники России

НАШ КИНОЗАЛ

ЯМАЛ86

Курсы валют

20.07 19.07
USD 62.8666 62.8286
EUR 70.7941 70.6068
все курсы

Донгарян Шаген Саакович

Подвиг созидателей:

к сорокалетию добычи нефти

в Западной Сибири

Открытие нефтяных и газовых месторождений в Западной Сиби­ри было событием мирового значения. В драматической истории поисков и разведки нефти и газа на территории Западно-Сибирской низменности упорные, настойчивые геологи одержали великую поб­еду. На протяжении истории поисковые и разведочные работы из-за противодействия некоторых ученых и чиновников, не веривших прог­нозам о наличии углеводородов в недрах этого региона, несколько раз свертывались. Но энтузиасты упорно, вновь и вновь добивались их возобновления и все-таки открыли нефтяные и газовые месторожде­ния. Да какие?! — Уникальные!

К счастью, страна по достоинству оценила значение открытых запа­сов, поверила в прогнозные ресурсы этой огромной территории и, по большому счету, ничего не жалела для создания могучего Западно-Сибирского нефтегазового комплекса. Со временем величие сделанно­го в 60 — 80-х годах XX века становится очевиднее. Многие начина­ют понимать, что нефть и газ Западной Сибири, добываемые в фанта­стических объемах, были важны не только для СССР и всего социали­стического лагеря, но еще важнее они для сегодняшней России. Россий­ский государственный бюджет в большей своей части образуется от налоговых и других отчислений нефтяной и газовой промышленности. Трудно представить себе в каком сверх-нищем, совершенно заброшен­ном состоянии оказалось бы население России после развала СССР, не будь в Западной Сибири такой мощной и устойчивой нефтегазовой промышленности и электроэнергетики. Жаль только, что этот дар природы и труда порождает иждивенческие настроения у многих управлен­цев и законодателей, почему-то думающих, что это богатство вечно, и мало делающих для развития других отраслей промышленности.

Само создание в столь короткие сроки гигантского Западно-Сибирского топливно-энергетического комплекса не имело, не имеет и, видимо, не будет иметь аналогов в мире. Напомню, что он созда­вался не на какой-то ограниченной территории, а на огромном, к тому же весьма неблагоприятном для созидания, почти незаселенном про­странстве площадью около двух миллионов квадратных километров. Это больше, чем вся территория Западной Европы. Это был подвиг, подвиг всего народа.

Итогом этого сверхчеловеческого подвига были:

-  добыча и доставка потребителям более 1 млн. т нефти в сутки (при 1,7 млн. т по СССР). Такого не знала история нефтяной промышленности страны;

-  добыча и доставка потребителям более 1,5 млрд. м3 газа в сутки (при 1,86 млрд. м3 по СССР);

-  выработка и подача потребителям более 69,3 млрд. кВт/ч элек­-троэнергии.

Начало освоения

Эта супермасштабная работа велась в плановом порядке, в ней участвовали центральные и региональные органы управления, испол­нительные и контролирующие органы на местах. Нефтяной и газовой промышленности очень повезло, что в тот период Председателем Совета Министров СССР был Алексей Николаевич Косыгин, Пред­седателем Госплана СССР — Николай Константинович Байбаков, министрами: нефтяной промышленности — Валентин Дмитриевич Шашин, газовой — Алексей Кириллович Кортунов, энергетики и электрификации — Петр Степанович Непорожний, геологии — Алек­сандр Васильевич Сидоренко и Евгений Александрович Козловский, транспортного строительства — Евгений Александрович Кожевников и Иван Дмитриевич Соснов, руководителями партийных организаций Тюменской области — Александр Константинович Протазанов, Борис Евдокимович Щербина, Геннадий Павлович Богомяков, Томской — Егор Кузьмич Лигачев. Все эти люди глубоко понимали зна­чение новой нефтегазодобывающей базы страны и многое сделали для ее создания.

Все началось с долгожданных открытий геологоразведчиков. В 1960 г. было открыто первое промышленное нефтяное месторождение в Тюменской области — в Шаимском районе, а в следующем году — получен мощный нефтяной фонтан на Мегионской и Усть-Балыкской площадях. Мощные фонтаны нефти из меловых отложений ознамено­вали открытие одной из крупнейших нефтегазовых провинций мира.

В настоящее время никто не отрицает этого события. А тогда бла­годаря огромной помощи, усилиям и настойчивости первого секретаря Тюменского областного комитета КПСС А.К.Протазанова геолого­разведчикам удалось доказать в политических и хозяйственных орга­нах страны, Госплане СССР огромное значение свершившегося открытия.

В 1962г. было принято фундаментальное постановление Совета Министров СССР, в котором предусматривалось широкое развитие геолого-разведочных работ в Западной Сибири, организация добычи нефти уже в 1964г. на Шаимском, Усть-Балыкском и Мегионском месторождениях и доставка ее баржами на Омский нефтеперерабаты­вающий завод.

В результате широко развернувшихся геолого-разведочных работ западно-сибирскими геологами был открыт целый ряд нефтяных месторождений в Среднем Приобье и одно из крупнейших в мире — Самотлорское — в Нижневартовском районе. По мере продвижения геолого-разведочных работ на север было выявлено множество кру­пных и гигантских месторождений нефти и газа.

Все это было потом. А в начале 60-х гг. широко обсуждался вопрос об организационной структуре строительных и нефтегазодо­бывающих предприятий для обустройства и разработки открытых в Тюменской и Томской областях месторождений углеводородов. Было много различных суждений. Одни считали, что в Тюменской области надо образовать совнархоз, который должен специализироваться только на производстве нефти и газа. Другие предлагали образовать в Тюмени самостоятельное министерство нефтяной и газовой промы­шленности. Третьи, в их числе был первый заместитель председателя Всероссийского Совета Народного Хозяйства С.И.Кувыкин и руко­водитель Главного управления по добыче и переработке нефти и газа ВСНХ В.Д.Шашин, доказывали целесообразность образования нефтегазодобывающих объединений, в первую очередь — в Тюмени, а затем по мере развития работ — в других городах региона.

Пересилила схема здравого смысла, т.е. концепция С.И.Кувыкина и В.Д.Шашина, которые участвовали в создании нефтяного про­изводства в Башкирии и Татарии, знали о жизни нефтяников не понаслышке и пережили всевозможные реорганизационные потрясе­ния хрущевского периода.

Прежде чем перейти к рассказу о «строительном освоении» Западно-Сибирской нефтегазовой провинции, надо вернуться в 1955г., когда на базе строительных организаций Министерства неф­тяной промышленности СССР было создано Министерство строи­тельства предприятий нефтяной промышленности СССР. Это было совершенно правильное решение, т.к. темпы развития нефтяной промышленности предполагались высокие, требовались специализиро­ванные структуры для выполнения кратно возрастающих объемов строительно-монтажных работ и ввода мощностей для добычи,переработки и транспорта нефти и газа, создания социальной сферы для нефтяников, особенно в районах Поволжья.

И здесь уместно сказать о Н.К.Байбакове и А.К.Кортунове — руководителях, внесших огромный вклад в развитие нефтяной и газо­вой промышленности СССР, беспредельно преданных избранному делу, способных своим талантом и энергией влиять на ход развития не только своих отраслей, но и на успехи народного хозяйства всей стра­ны. Я был свидетелем и участником многих событий, подтвер­ждающих эту характеристику.

Первым министром Миннефтестроя был назначен Михаил Андрианович Евсеенко — до этого первый заместитель Министра нефтяной промышленности. Менее чем через год Н.К.Байбаков стал Председа­телем Госплана СССР, М.А.Евсеенко — Министром нефтяной промы­шленности СССР, а А.К.Кортунов — Министром строительства пред­приятий нефтяной промышленности СССР.

Не успело новое министерство прочно стать на ноги, как через два с половиной года, в 1957 г., по инициативе Н.С.Хрущева было спешно реорганизовано управление промышленностью и строительством всей страны. Были ликвидированы почти все министерства и взамен созданы территориальные советы народного хозяйства. Сохранились лишь министерства: путей сообщения, транспортного строительства, среднего машиностроения (так называлось министерство атомной промышленности), речного флота и Главнефтеснаб. Предлагалось ликвидировать и Главгаз СССР, созданный в 1955г. и возглавляемый А.Т.Шмаревым. Но Шмарева назначили Председателем Татарско­го совнархоза, а Председателя Госплана СССР Н.К.Байбакова, принципиального противника предлагаемой реорганизации, спешно перевели на ту же должность в Краснодарский край.

И здесь необходимо сказать о поистине мужественном поступке А.К.Кортунова. Он внес в ЦК КПСС следующие предложения: сохранить Главгаз СССР для успешного выполнения программы газификации страны и передать из ликвидируемого Министерства строительства предприятий нефтяной промышленности в Главгаз СССР все строительно-монтажные организации, строящие магистральные нефте-, газо- и продуктопроводы, то есть создающие общегосударственную систему энергоснабжающих трубопроводов. Эту задачу, по замечанию А.К.Кортунова, не способны были бы выполнить территориальные строительные организации. В ЦК это предложение восприняли негативно, но вынесли на обсуждение Политбюро. При этом Кортунову намекнули, что если он отзовет свое предложение, то сможет уцелеть. Алексей Кириллович предло­жение не отозвал, а на заседании Политбюро очень аргументировано стал доказывать необходимость его принятия и государственную пользу. Его полностью поддержали член Политбюро Е.А.Фурцева (она, будучи секретарем Московского горкома КПСС, курировала строительство газопровода Ставрополь — Москва и хорошо понима­ла проблему) и А.И.Микоян. Их аргументы убедили Хрущева в пра­воте Кортунова и предложение приняли. Более того, А.К.Кортунов был назначен Председателем Государственного комитета СССР по газовой промышленности. Если бы это предложение не приняли, то и в совнархозовский, и в последующий периоды не были бы достигну­ты колоссальные успехи в развитии нефтяной и газовой промышлен­ности. Предприятия, специализирующиеся на строительстве трубопроводов и переданные в совнархозы, были бы переориентированы на выполнение региональных задач, темпы строительства магистральных трубопроводов резко снизились и внешний транспорт нефти, газа, нефтепродуктов стал бы главным тормозом наращивания добычи нефти и газа.

Другой пример. 1963 год. В Центре осознали, что необходим госу­дарственный орган по планированию развития топливных отраслей. Создается Государственный комитет по топливу. Его возглавил опаль­ный Н.К.Байбаков, незадолго перед этим возглавивший укрупнен­ный Северокавказский совнархоз. Руководство страны понимало, что этот человек способен выработать новые идеи по качественному и количественному улучшению работы топливных отраслей.

В этот период татарская нефтяная промышленность из-за недо­статка насосов для поддержания пластового давления, запасных частей к оборудованию поставила под угрозу выполнение плана добы­чи нефти. После семилетнего перерыва именно с Татарии начал свое знакомство с нефтедобывающими предприятиями Николай Констан­тинович. Вместе со специалистами и учеными он посетил каждое неф­тедобывающее управление, постарался детально разобраться в сло­жившихся трудностях и возглавил работу по выправлению ситуации. Слушал он и доклад строителей, обустраивающих нефтяные место­рождения. Н.К.Байбаков убедился, что 25-тысячный коллектив ком­бината «Татнефтестрой» способен обеспечить выполнение заданий по обустройству нефтяных промыслов, но у него не хватает экскавато­ров, трубоукладчиков, бульдозеров, тракторов, трубовозов, грузовых автомобилей и т.д.

Возвратившись в Москву, Н.К.Байбаков обсудил с Председате­лем Государственного комитета по газовой промышленности А.К.Кортуновым бедственное положение строителей нефтепромы­слов Татарии, Башкирии, Куйбышевской, Пермской, Оренбургской областей. Оба руководителя понимали, что, пока эти строительные организации находятся в составе Минстроя РСФСР, улучшения — не будет, министерству не до нефтяных строителей. Спасти ситуацию можно, передав этих строителей в Комитет по газовой промышленно­сти. Байбаков и Кортунов внесли предложение в ЦК КПСС и Сов­мин СССР по решению этой проблемы, то есть возложили на себя ответственность за развитие нефтяной промышленности. Соответ­ствующее постановление правительства было принято. Можно толь­ко предположить, сколько противников было у этого предложения в самом аппарате комитета по газовой промышленности и в других ведомствах. Но Байбаков и Кортунов не отступили и победили.

По времени это решение совпало с выходом постановления Сове­та Министров СССР о широком развитии геолого-разведочных работ в Западной Сибири и организации добычи в 1964 г. на Шаимском, Усть-Балыкском и Мегионском месторождениях. По этому постановлению на Государственный комитет по газовой промышлен­ности СССР было возложено обустройство нефтяных и газовых месторождений в Западной Сибири, строительство магистральных нефтегазопроводов из этого региона.

Я более чем уверен, что государственные стратеги А.К.Кортунов и Н.К.Байбаков в передаче нефтяных строителей из Минстроя РСФСР в состав Государственного Комитета СССР по газовой промышленно­сти видели не только возможность поправить строительство в нефтяной промышленности Поволжья и Северного Кавказа. Они предвидели уча­стие этих строительных организаций в обустройстве нефтяных место­рождений Тюменской области. Так оно и случилось.

В IV квартале 1964г. комбинат «Татнефтестрой» получил приказ председателя комитета по газовой промышленности А.К.Кортунова скомплектовать строительный участок в составе 200 человек, осна­щенный строительными механизмами, автотранспортом и направить в Нефтеюганск на строительство жилья для нефтяников. С этого нача­лось участие татарских строителей в создании Тюменской нефтяной промышленности. А по инициативе Совнархоза РСФСР (С.И.Кувыкин, В.Д.Шашин) из объединений «Татнефть», «Башнефть», «Куйбышевнефть» в Тюмень направились молодые, но уже опытные специалисты нефтяники и буровики — В.И.Тимонин, Л.Д.Чурилов, И.Арнопольский и многие другие.

Характерное для А.К.Кортунова принятие решений по организа­ционным и структурным вопросам строительства с видением перспек­тивы проявилось в начале освоения нефтегазовой Тюменской области. Сразу было создано управление «Главтюменнефтегазстрой». Руко­водство главком было возложено на Алексея Сергеевича Барсукова и Юрия Петровича Баталина — талантливых организаторов строитель­ства, уже блестяще проявивших себя на других стройках. Они сумели на пустом месте за очень короткое время создать мощную строитель­ную организацию — родоначальницу всех будущих трестов и главков Миннефтегазстроя СССР в Западной Сибири.

В.И. Муравленко и его соратники

Судьбоносным было назначение начальником Главтюменнефтегаза Виктора Ивановича Муравленко — уникального руководителя, одно­го из крупнейших деятелей промышленности нашей страны. Это был человек, одаренный могучим умом, здоровьем, красивой внешностью, неиссякаемой энергией, волей, необыкновенно коммуникабельный и способный найти общий язык с людьми всех уровней — от рабочего до председателя правительства. Он органично совмещал в себе талант организатора производства, ученого, инженера, конструктора и педа­гога. Он каким-то шестым чувством мог определить, на что способен тот или иной человек, и в нужное время назначить его на нужное место. Я часто и подолгу бывал в командировках в Западной Сибири (от 150 до 220 дней в году) и, естественно, очень много и часто общался с Виктором Ивановичем в главке, нефтяных городах и посел­ках, на промыслах. Удобной для общения была гостевая квартира (которую многие называли «квартирой Донгаряна», т.к. я чаще и дольше, чем другие заместители министра и начальники главков, бывал в Тюмени) в доме рядом с главком, прямо под квартирой Муравленко. После ужина он нередко спускался ко мне, и в спокой­ной обстановке мы обсуждали много вопросов, делились мыслями и предложениями, а где-то и полемизировали.

Муравленко был системным человеком в самом современном пони­мании этого слова и подчиненных обучал системной работе. После появления в СССР электронно-вычислительных машин он поставил перед учеными ряда институтов задачу разработать предложения по их применению в системе главка. Он, буквально, первым ринулся получать (тогда не приобретали, а «получали») для института «Гипротюменнефтегаз» и предприятий главка нужное число ЭВМ, организовал обучение своих специалистов работе на электронной технике.

В человеческом плане Виктор Иванович был большим и добрым отцом не только для работников Главтюменнефтегаза, но и для всех, кто к нему обращался. Ему доставляло огромное удовольствие делать добро людям: кого-то взять на работу, кого-то перевести с одной дол­жности на другую, из одного города в другой, кому-то выделить квар­тиру, какому-то предприятию разрешить построить жилой дом для сотрудников, кому-то оказать материальную помощь. Мне кажется, что от добрых дел он получал какую-то внутреннюю энергию. Это позволяло ему не только не уставать от решения множества «част­ных» проблем, а стараться решить их еще больше. Люди это очень ценили в нем, любили его и все чаще обращались за помощью. Не принято было обсуждать его решения, их полагалось быстро выпол­нять. Он умело контролировал исполнение своих заданий и решений.

В.И.Муравленко постоянно думал о том, как поощрить талантли­вых, настойчивых новаторов, был инициатором представления кон­кретных людей к награждению орденами и медалями, Ленинскими и Государственными премиями, почетными званиями. Он считал себя обязанным по достоинству отмечать деяния людей. При этом Муравленко самому ничего не было нужно: еще работая в «Куйбышевнефти», он получил звания лауреата Ленинской и Государственной премии, Героя Социалистического Труда.

В Главтюменнефтегазе всегда была деловая обстановка, без суеты и нервозности. Руководители главка и отделов обедали всегда вместе в отдельном зале. Там же обедали приехавшие с мест руководители объединений и гости из Москвы. Готовили всегда вкусно, повар знал, что кому нравится, кто — на диете.

В приемной Виктора Ивановича всегда было очень приветливо. Его обаятельная и деловая секретарь-красавица Галина Степановна Гаркавенко радушно встречала всех, кто приходил на встречу с Муравленко или Филановским. Тут же докладывала им о приходе посетителя и приглашала войти в кабинет. Если они сразу не могли принять, то Галина Степановна старалась поддержать с пришедшим беседу, чтобы он не нервничал и не скучал. Галина Степановна была секретарем и всех последующих начальников Главтюменнефтегаза. Сейчас она ведет большую общественную работу в Тюменском обла­стном общественном фонде имени В.И.Муравленко.

Аппарат главка Муравленко укомплектовал высококлассными про­фессионалами. Он всецело доверял своим заместителям — Филановскому, Кролу, Парасюку, Сафиуллину, Фаину, Аржанову, загружал их под завязку и при этом во всем помогал. Он почти ежедневно обсуждал теку­щее положение дел с каждым начальником нефтедобывающего управле­ния, управления буровых работ, снабженческих и транспортных органи­заций; был лишен всякой закомплексованности. Если интересы дела тре­бовали — он звонил любому человеку в любой уголок огромной страны, всегда знал точно, кому звонить и к кому зайти. Муравленко умел так аргументировать свои просьбы, что собеседники не могли ему отказать. Он был оперативно связан с Главтранснефтью, нефтеперерабатывающи­ми заводами, железнодорожниками и речниками (чтобы перевозили, а точнее привозили вовремя его грузы), машиностроительными заводами (чтобы выполняли его заказы) и энергетиками (чтобы ускорили ввод той или иной подстанции, брали попутный газ на электростанции).

Практически каждый день он звонил «своему» министру и перво­му секретарю обкома КПСС, докладывал о текущем состоянии дел, советовался, что-то просил. Не реже одного раза в неделю он звонил Н.К.Байбакову, заместителям председателя Совета Министров СССР М.Т.Ефремову или В.Э.Дымщицу. Один или два раза в месяц он звонил А.Н.Косыгину. Такой стиль работы обеспечивал успех дела, поскольку ни один вопрос, поставленный им, не оставался без внимания. А подчиненные и смежники не выдвигали перед начальником Главтюменнефтегаза пустяковых и надуманных проблем.

Виктор Иванович много и плодотворно работал с руководством Главтюменнефтегазстроя — Алексеем Сергеевичем Барсуковым и Юрием Петровичем Баталиным, Михаилом Владимировичем Чижев­ским, с начальником Главтюменьгеологии Юрием Георгиевичем Эрвье, начальником Главтрубопроводстроя Владимиром Григорьевичем Чирсковым, начальником Тюменьэнергостроя Иосифом Наумовичем Каролинским, начальником Главтюменьпромстроя Григорием Иванови­чем Голтвянским, начальником управления Тюменьстройпути Дмитри­ем Ивановичем Коротчаевым. Они старались не отставать от Главтю­меннефтегаза и успешно справлялись со своими задачами.

В этот период планы по капитальному строительству, вводу новых производственных мощностей, жилых домов и объектов соцкультбыта не выполнялись по всей стране. Но, как ни парадоксально, эти планы успешно выполнялись в Западной Сибири — самой трудной для строительства климатической зоне страны, в самом растущем по объемам строительства регионе. Здесь по современным проектам строились десятки городов и поселков, вводились мощности на неф­тяных и газовых промыслах, бурились тысячи и тысячи нефтяных и газовых скважин, строились магистральные нефтегазопроводы, по своей мощности и протяженности не имеющие аналогов в мире, вво­дились очередями железные дороги Тюмень — Тобольск — Сургут — Нижневартовск, Сургут — Когалым — Ноябрьск — Губкино — Урен­гой. Были построены Сургутская и Нижневартовская ГРЭС, много­численные автодороги и речные мосты, в том числе крупнейшие через Иртыш и Обь.

Параллельно создавались соответствующие производственные и ремонтные базы строительных, монтажных, нефтегазодобывающих, буровых, автотранспортных и других организаций.

Из года в год повышался уровень индустриализации строитель­ства. Зародившийся в нефтяной Татарии блочно-комплектный метод строительства получил здесь самое широкое распространение, как по масштабам внедрения, так и по широте охвата. Практически все неф­тяное и газовое строительство стало воплощаться в блочно-комплект-ных, блочно-модульных вариантах, а здания производственных баз — из легких металлических конструкций.

Проектирование и планирование строительства

Излишне говорить, что без проектирования не может быть строи­тельства. Когда в 1963г. было принято правительственное решение о развитии добычи нефти в Тюменской области, председатель Государ­ственного комитета по химической и нефтяной промышленности при Госплане СССР Н.К.Байбаков принял решение о создании в Тюме­ни проектного института «Гипротюменнефтегаз» с задачами проектирования объектов нефтяной промышленности региона. Директором и главным инженером института назначили соответственно Оника Арсеньевича Межлумова и Якова Михайловича Кагана – начальника и главного инженера одного из башкирских НГДУ. Выбор оказался более чем удачным. Будучи высококлассными инженерами-нефтя­никами, они с большим энтузиазмом принялись за создание крупного проектного института. И это в городе и регионе, где не было еще ни нефтяников, ни нефтяных проектировщиков, ни производственных помещений, ни жилья. Но это их не смутило. При поддержке област­ных властей под рабочие помещения они заняли заброшенное дере­вянное здание старой мельницы, какую-то заброшенную мастерскую, купили или арендовали несколько частных старых деревянных домов, параллельно пригласив проектировщиков из других нефтяных регио­нов. Уже через несколько месяцев институт начал выпускать проекты. Очень быстро запроектировали на улице Республики огромное здание института, и началось строительство.

Главтюменнефтегаз, февраль 1967 г. Идет разработка строительных норм и правил (СНиП) для Западной Сибири. Слева направо: Ш.С.Донгарян, В.И.Муравленко, П.А.Ретюнин, Р.Ш.Мингареев

 

С самого начала проектно-изыскательских работ мы столкнулись с тем, что у нас в стране нет норм проектирования для природно-клима­тических условий Западной Сибири. Есть нормы для обычных усло­вий, есть нормы для условий вечной мерзлоты, но нет норм проекти­рования на болотах. Их не было и за рубежом, нужно было срочно их разработать. Но это быстро не делается, нужны годы. Тогда я пред­ложил пригласить в Тюмень цвет нефтяных ученых, проектировщи­ков, изыскателей, инженеров, практиков-строителей, а также мест­ных специалистов и попытаться разработать временные нормы. В марте 1967 г. в Тюмень съехались более 150 корифеев нефтяного и строительного дела. В течение двух недель ежедневно в зале заседа­ний главка с утра и до вечера шла эта творческая, плодотворная рабо­та. Мы подряд читали нужные главы и параграфы строительных норм и правил, выслушивали предложения, обсуждали, спорили и в итоге формулировали редакцию временных норм. И так каждый параграф СНиПа.

Затем группа специалистов редактировала наше творение, и через месяц я утвердил эти «Временные нормы проектирования и строи­тельства в условиях болот Западной Сибири», которыми пользовались очень много лет, пока постепенно эти нормы не перешли в СНиП окончательно. Могу еще добавить, что серьезных ошибок во «Вре­менных нормах» допущено не было.

Конечно, к проектированию объектов Главтюменнефтегаза были привлечены и отраслевые институты — «Гипровостокнефть», «Тат-нефтепроект», «Башнефтепроект», УкрНИИ ПНД. Спустя несколь­ко лет необходимость участия некоторых институтов отпала, а спустя 10 — 15 лет Гипротюменнефтегаз по объему проектно-изыскательских работ стал самым крупным институтом не только в Миннефтепроме, но и в СССР. Сюда приехали работать очень много одаренных про­ектировщиков из других городов и отраслей. Здесь очень быстро вне­дрялось все передовое в проектном деле, имевшееся на вооружении советских институтов, кое-что переняли у американцев. Со временем здесь создали много лабораторий и отделов по исследовательским работам, институт стал комплексным — научно-исследовательским и проектным. Когда объемы в каждом из направлений стали чрезмерно большими, на базе научно-исследовательских подразделений был соз­дан новый исследовательский институт СибНИИНП. Выдающуюся роль в создании Гипротюменнефтегаза сыграли О.А.Межлумов и Я.М.Каган, огромную и разностороннюю помощь оказывали: В.И.Муравленко, В.Ю.Филановский, Ф.Г.Аржанов, Е.И.Пав­лов, А.С.Парасюк, Ю.Б.Фаин, В.К.Борисенко, П.В.БессоловН.П.Захарченко, Р.Т.Булгаков, М.М.Крол, П.П.Коровин и мно­гие другие.

В самом институте из молодых инженеров и специалистов вырос­ла замечательная плеяда профессионалов-проектировщиков: Ю.А.Лукашкин, Р.П.Киршенбаум, Н.В.Табаков, В.А.Горбатиков, В.Б.Гамарник и другие.

В главке существовал отдел капитального строительства (ОКС), руководимый заместителем начальника Е.И.Павловым. Отдел плани­ровал огромный объем проектно-изыскательских работ, составлял и утверждал титульные списки объектов строительства, согласовывал с многочисленными подрядными организациями сроки ввода мощностей и объемы строительно-монтажных работ, контролировал ход строи­тельства и поставок оборудования и т.д. По мере нарастания объемов ОКС стал допускать отдельные недоработки, и нужно было усилить работу всего строительного комплекса главка. Из министерства мы порекомендовали Виктору Ивановичу на должность его заместителя по строительству выдающегося строителя отрасли Александра Степанови­ча Парасюка, уже много лет успешно работавшего заместителем начальника объединения «Башнефть». С его приходом в главк дела во всех службах заказчика, начиная от Главтюменнефтегаза и заканчивая подчиненными предприятиями, заметно улучшились.

На этой должности А.С.Парасюк с блеском проработал 16 лет. Знающий все грани строительного искусства, человек дела, всегда ура­вновешенный и спокойный, он завоевал огромный авторитет в главке, подчиненных и подрядных учреждениях, Миннефтепроме, Госплане и Госстрое СССР. Он спокойно и уверенно «рулил» этим огромным кораблем капитального строительства в те бурные, штормовые годы создания нефтяной промышленности Западной Сибири. Он успешно выполнял не только камеральную работу по планированию проектно-изыскательских работ, определению объемов инвестиций по каждому объекту строительства, но и постоянно бывал на стройках, участвовал в бесконечных оперативных селекторных совещаниях и по их итогам при­нимал меры. Естественно, эту громадную работу он делал не один. В одной «упряжке» с ним трудились профессионалы своего дела: П.В.Бессолов, И.А.Гуля, С.Н.Жильцов, В.П.Артюхов, Т.Н.Логвинова, А.Р.Рейхерт, Б.С.Рябов, руководители института «Гипротюменнефтегаз», службы капитального строительства нефтега­зодобывающих объединений, управлений и других предприятий главка. Здесь я хочу сделать небольшое отступление и осветить еще одну проблему нефтяников, связанную с работой подрядных строительных организаций. Дело в том, что предлагаемые нефтяниками объекты строители как бы делили на категории: престижные, экономически выгодные, обязательные (мощности которых записывались в народ­нохозяйственный план) и объекты невыгодные — малообъемные, раз­бросанные, трудоемкие. Вот к этой последней группе относилось обустройство кустов скважин, подключение к кусту новых скважин, монтаж станков-качалок, строительство трубопроводов небольшого диаметра и протяженности, производственные и ремонтные базы организаций. Эти объекты если и включались в план подрядчиков, то являлись для них буферными, т.е. на них работали, когда появлялись «окна». Для нефтяников же эти объекты были жизненно важными. Не обустроен вовремя куст скважин, не подключена к системе нефтесбора испытанная после бурения скважина — срывается добыча нефти; не построена линия электропередач к кусту или к скважине — невозможно перевести скважину на насосную добычу; не построен гараж — весь транспорт на морозе; не построена мастерская — невозможно ремонтировать оборудование. Понимая всю серьезность ситуации, служба капитального строительства Миннефтепрома при­няла решение категорию «невыгодных» объектов строить своими силами (тем более, что такая ситуация была не только в Западной Сибири, а почти во всех нефтяных регионах). Сначала при Главтюменнефтегазе был создан строительный трест «Запсибнефтестрой» (под руководством Г.Н.Малкина и Н.В.Бурцева) и строительно-монтажные управления при НГДУ, в последующем ставшие строи­тельно-монтажными трестами нефтегазодобывающих объединений. Эти собственные строительные организации быстро развивались, наращивали объемы выполняемых работ и, начиная с 1987 — 1988гг., стали конкурентами по «выгодным» объектам строителям Миннефтегазстроя. В эти годы строительные организации Миннефтепрома уже стали выполнять большие объемы строительных и ремонтных работ — до 1,7 млрд. рублей, в то время как Миннефтегазстрой для Миннефтепрома выполнял 1,65 млрд. В районах Восточной Сибири и Дальнего Востока Миннефтепром выполнял строительно-монтажных работ больше, чем союзное Министерство по строительству.

Но вернемся к формированию Западно-Сибирского комплекса. Одновременно с главком создавались и укреплялись службы капи­тального строительства на предприятиях Сургута, Нефтеюганска, Нижневартовска, Стрежевого, Урая, Ноябрьска, Когалыма, Нягани и Пурпе. Для строительства и эксплуатации магистральных нефте­проводов Главтранснефть создал в Тюмени Управление магистраль­ных нефтепроводов, которое как заказчик построило с подрядными организациями Миннефтегазстроя могучую систему нефтепроводов, обеспечивающих транспорт западносибирской нефти в западном, вос­точном и южном направлениях.

Всем сложным процессом планирования, проектирования, финан­сирования, комплектования оборудованием, контроля качества строи­тельства, испытания и приемки в эксплуатацию управляли заместите­ли генеральных директоров нефтегазодобывающих объединений и предприятий по строительству. Это — Г.М.Кукуевицкий, А.Б.Перельман, Т.Ш.Булатов, Ю.Н.Пониждов, В.К.Горишний, Р.С.Антонов, A.M.Дейкало, И.Е.Березовский, В.А.Шашков, Г.Н.Малкин, Н.В.Бурцев, Н.С.Харченко, А.А.Шикин, Ю.К.Глацких, Ю.М.Алякин, В.Ф.Баев, Г.П.Комков, А.И.Пальянов, В.Н.Фрицлер и другие.

В этой работе активно участвовали генеральные директора и глав­ные инженеры нефтедобывающих объединений: Л.Д.Чурилов, Р.И.Кузоваткин, B.C.Иваненко, Ф.Н.Маричев, Секерин, В.М.Усольцев, А.В.Илюхин, В.А.Городилов, В.Б.Черепанов, Г.А.Лазарев, В.Н.Мещеряков, Н.Ф.Мержа, Н.П.Захарченко, В.Л.Богданов, B.C.Дешура, Л.И.Вязовцев, В.И.Отт. Эти заме­чательные люди самоотверженно работали вместе с подрядчиками и эксплуатационниками и сделали то, что было необходимо. В моей памяти отложилось активное участие и помощь тысяч руководителей и специалистов.

Ш.С.Донгарян